27-го декабря я предпринял второй заезд в Пушкинский районный суд. И опять всё не "слава Богу"! Не привезли из тюрьмы тётку - Матющенко... Собрались переносить заседание на следующий день. Бардак! Прокурор предложила нам (мне и ещё двум потерпевшим) написать заявление о том, что мы не возражаем против рассмотрения дела "в особом порядке". В соответствии с Главой 40 УПК РФ, особый порядок судебного разбирательства подразумевает под собой то, что при согласии потерпевших, обвинителей, подсудимых, при полном признании подсудимыми обвинений, выдвинутых против них, дело рассматривается судом без участия и опроса потерпевших и свидетелей. А срок, который могут дать подсудимым - не более 2/3 от максимального срока за преступления, в которых они обвиняются.
Раздел X. Глава 40. УПК РФ
По каждому эпизоду максимальный срок - 10 лет, а всего эпизодов 5. Т.е., путём полного сложения сроков по каждому эпизоду получается 5*10*2/3 = 33 года. Эх, внушительно, но врядли. Я думаю, лет 10 дадут и усё...
Мы написали заявления. Потом было заседание, на котором из злодеев были Сысоев и Анфимов, где, собственно, и решилось, что дальше суд будет проходить в особом порядке.
Ещё я предъявил гражданский иск этим деятелям.(Как звучит! А?!) Т.е., они должны будут компенсировать мне материальный ущерб. Сомневаюсь я, конечно, что компенсация меня устроит, но уж надо из этих ублюдков выжать всё.
Так что теперь, видимо, самое активное участие во всём этом бреде будет принимать мой почтовый ящик.
Да, познакомившись благодаря такой забавной истории с нашей правоохранительной системой, впечатления у меня от неё остались далеко не самые радостные, светлые и оптимистичные.

---

Стихотворное послесловие

Свершается заслуженная кара
За тяжкий грех, тысячелетний грех...
Не отвратить, не избежать удара -
И правда божья видима для всех...

То божьей правды праведная кара,
И, ей в отпор чью помощь ни зови,
Свершится суд... и папская тиара
В последний раз купается в крови.

А ты, ее носитель неповинный, -
Спаси тебя господь и отрезви, -
Молись ему, чтобы твои седины
Не осквернились в пролитой крови.

Фёдор Тютчев 1867г.